Опись пленок, полученных в районе бывшего Передольского погоста в июне 2004 г.
Большие Селища~Бор~Глухой Бережок ~Заполье~Заречная (Княжья Гора) ~Заупоры ~Крылы ~Лихарева Горка~Ожогин Волочек~ Речка~ Подберезье
Пленка 1. Деревня Подберезье Батецкого района Новгородской обл.
Сторона А. Капитонов Анатолий Кузьмич, 1925 г. рожд. Фр. 1. Про могильник на Лопиной горе. Пахали на склоне, который к дороге. С другой стороны, у реки, пахали подгорские. Они нашли там камень с восьмиконечным крестом и, видно, скинули его в озерко. Сейчас эти озера уже заросли, там сейчас болото. От Луги это метров 150, а камень лежал против сопки, внизу. Фр. 2. Два кургана в этом месте, один на поле, а второй в лесу, у ручья, заросший весь. Выясняем подробности дороги к нему. Камень с крестом стоял метров за 100 от кургана. Там было ещё много камней, но все они потихоньку сползают в озерко. Фр. 3. Некто Федор Власов нашел в здешних местах ружье, ложе от него. Про Шум-гору. Там обвал большой с запада, видно, был проход какой-то. Наверху была служба, на горе. Часовен и крестов сверху небыло. Наверху большая воронка, где стоял пулемет – гильз много находили. За Шум-горой есть что-то вроде вала, но про него ничего не знают. Фр. 4. В Заупорах была какая-то сопка, или строение на валу. Сопку экскаватором поддели, а внутри сруб, забитый камнем. Его разобрали на дорогу, а чурки на костре сожгли. Может, крепостишка стояла?.. Высота вала с сопкой метра 3 – 4, в длину метров 15 – 20. Говорили, что деревня там была вдоль река, но после сражения её сожгли. А там, где место “Каменья” – там наверное мост был, а не мельница. Фр. 5. Сразу после войны там парень хотел водяную мельницу поставить. В овраге у “Каменьев” (название места на реке), наверное, держали воду – если пойдет неприятель, мост могли затопить. Есть поле по Луге-реке – Арнольдово стойбище. Шел Ольгерд через Шелонь, а назад – по Луге. Может, и сопка (со срубом) его?.. Фр. 6. У Заупор есть карьер, называется Борок а рядом, по книгам, вал насыпной был, 8 метров высотой 180 длиной. Сопка со срубом ниже находилась, у самой реки. Ниже по реке было Коломище – много могил было, но мелиораторы всё скопали. У д. Столбец стояла часовенка. Фр. 7. Камни были по округе со следами, здоровый, как конь, с седлом поредине. Наверху след был, но парни там костер разжигали, наверное, сожжен след уже. Где-то рядом с камнем с желобом. След ещё был в Велешах (Дреглах), там камень со следом, пальцы видны, водичка в нем держится. Воду из следков, вроде, не брали. Фр. 8. За Кшевой в сторону Чуглево жальник есть, там тоже где-то камень со следом, здоровым каким-то. Из камня у Велеш и попить можно было. Фр. 9. Что ты знаешь про Рюрика, великого князя русского? - Только сказки… Говорят, что он здесь похоронен, а вообще тут сопок много. Слышал предание, что он тут дань два раза собрал, а народ собрался и разорвал его деревьями за жадность. Бог наказал. Фр. 10. Вот была книга у меня найдена. Когда церковь закрыли, пацаны туда лазили и под крышу, и в само здание. Там сундук стоял, с Евангелием, в которм внутри пистолет был вырезан – как тайник для хранения. Книга же найденная была написана по-славянски, потом её учитель – историк отобрал. В ней описывался этот край, там про старые деревни. Рукой писана разноцветными чернилами, в кожаном переплете с тиснением. Шрифт толстый, как бы печатный, в две колонки. Один столбик одним шрифтом, соседний – другим. Фр. 11. Шум-гору священники “эксплуатировали”. Рассказывает про экспедицию на Шум-гору. До войны её вроде не копали. На Шум-горе, говорят, двух наших расстреляли немцы. Одну санитарку и её подругу. Могилы их раскапывали, когда собирали захороненых в лесах после войны, а могилы, похоже, пустые. Рассказывает про свои партизанские годы, как с немцем воевали. Говорит, что не он мост взрывал, хотя его работа – все уверены.
Деревня Лихарева Горка Батецкого района Новгородской обл.
Сторона Б. Леонтьев Василий Васильевич, 1918 г. рожд. Фр. 12. Сопка около Заполья (Шум-гора) – хотел как-то спьяну на “Урале” на неё заехать, но только на первую ступень поднялся. Если ухо к сопке приложить, там как колокола звонили. С обратной стороны там двух партизан немцы расстреляли. Новгородские археологи в 1960-70 гг. хотели в сопку “пробраться”, а народ не разрешил. Сопка называется Шум-гора. Ухо надо было к самой сопке приложить. Фр. 13. Местные праздники – Пантелеймон и Александра. Часовня стояла при въезде в деревню, на дороге. В праздники ходил священник служить, на полях служили при неурожае. В часовенку завсегда заходили и народ в хорошем состоянии её содержал: иконы были, полотенцы. Как человек помрет – ставили в часовню на три дня. Фр. 14. Потом выносили до “покойницких камней”, где все с ним прощались, а там на лошадь и на кладбище. Поминки устраивали. Хоронили из Лихаревой Горки на двух кладбищах – в Подгорье и у Заполья. Раньше на кладбище в Заполье стояла часовня, а потом поставили церковь. До войны…(прерывается, переходит на “сопку” в деревне) Фр. 15. На сопке стояла беседка, где господа чай пили, а за ней был выкопан пруд. Ещё дальше стояла больница, её сожгли местные. Все места эти были помещичьи, а другие-то деревни лучши жили – и земля была лучше, и помещика нет. Дороги раньше современной небыло, по лесу шла. Фамилия помещика была Лихарев. Фр. 16. Помещики были ушлые, продавали всё перед разрухой. Наше имение было в Подгорье продано, помещице какой-то. Когда немец пришел – вся деревня ушла в Тороби, там был партизанский отряд (где и Капитонов А.К. был), а Лихареву Горку сожгли. Полицаи были в каждой деревне, работали на немцев. Рассказывает про местных полицаев. Брат Капитонова тоже в полицаи подался, его расстреляли потом. Другие сидели в тюрьме, лет по 10. Остальные партизанам помогали, хлеб пекли, скотину давали. Фр. 17. Раньше попы ходили молебны служить. В Мелковичской церкви дядя его дьяконом служил, очень хорошо звонил в колокола. Потом стал счетоводом в колхозе. Вспоминает церковь в Подгорье – большая была, да разобрали на кирпич, на известняк. Раскурочили церковь, а то была хорошая. Фр. 18. 19 декабря Николу праздновали, большой был праздник, Покров. Раньше провинившуюся молодежь колхоз на тяжелые дополнительные работы посылал, а теперь порядка нет. Фр. 19. Рюрик похоронен где-то в 300 м. от Луги-реки в золотом гробу. А где – никто не знает. Много кто искал, но не нашли. Народ собирался, разговоры заводил, и про него вспоминали. Знаменитый, наверное, был. За д. Русынь есть аллея и гора, и там говорили, что похоронен. Перечисляет сопки – в Лихаревой Горке, за Речк`ой, в Заполье, на дороге к Подгорью…. Откуда они взялись – старики говорили, что со шведом воевали, и там, где захоронения, они в касках землю носили и делали сопки. Цыганского кладбища не знает, знает Лопань. Фр. 21. Родник был у деревни, вьюнок, перед мостом на дороге. Когда прокладывали дорогу, его закопали. Из колодца брали воду глаза лечить. На колодцы деревня богатая была. Рассказывает, как сделал хороший колодец в деревне, пока “небольшим начальником” был. Фр. 22. Родничек был небольшой, ямка такая, никакого креста или иконы рядом небыло. Барыня раньше ходила к нему за водой на чай, вода вкусная была. Каменных крестов не знает, только на кладбище, в Подгорье, в том числе. Рассказывает, что на городище в Подгорье стояла раньше часовенка.
Пленка 2. Сторона А. Фр. 1. Мелковичи – ходили туда гулять на супрядки. Супрядки в Лихаревой Горке тоже были супрядки, но маленькие. Иногда по 3 супрядки – 30-летних, 20-летних и маленькие. Вспоминает дядю-дьякона, как он после войны по деревням ходил с иконами. Церковь в Косицком – вспоминает, как они там с друзьями водку пили.
Деревня Речк`а Батецкого района Новгородской обл. Филиппова Зинаида Ивановна 1922 г. рожд., Фр. 2. Праздники – Фрол, Никола, Владимирская. Пивные праздники – особые. Заветный – Владимирская, для скота. Батюшка приходил из Торков (Торошковичи), святил коровок. Отец сестер был псаломщиком, ходили, спевались. Фр. 3. Была своя часовня, стояла на горочке в деревне. Сгорело всё при немцах, одна баня от деревни осталась. Жили в лесу при оккупации. Немцы и отца убили, потом разрешили похоронить. Отец оканчивал духовную семинарию, потом стал бухгалтером. В часовне служили, потом немцы у часовни свое кладбище устроили. Часовня деревянная была, туда покойников ставили. Внутри скамеечки, иконочки стояли. Коров выгоняли – батюшка кропил, и людей, и скот. Фр. 4. Каменных крестов не знают, в часовне небыло. Камней со следками не знают. Около кладбища в Торошковичах были какие-то круглые камни с крестиками. Как праздник – батюшки по избам хоили, молебны служили. Ходили и с крестным ходом – в Пасху, Николу и ещё в один праздник (не помнят). Фр. 5. Есть ручеек в Подберезье, заросший теперь. Там стояла небольшая часовенка, будочка, к нему все ходили.Там Казанская была общим праздником, пивным. У ручейка служили, водичку набирали. Тогда порядок был, некрещеных небыло… Фр. 6. Вспоминают деревни с названием Горка… Городцов (городищ) не помнят. Есть Городище у Уторгоши (тоже деревня). Все окрестные поля в деревне пахались, находили там кости, гильзы. Но это всё с последней войны. Вспоминают, как хоронили наших во время войны. В у Передольской (станции) карьере находили и старые черепа, очень глубоко. Фр. 7. На сопке в Заполье справляли праздники – устраивали ярмарки. Там церковь провалилась. Какая-то давнешняя война была, вот сопки и остались… У Речки тоже сопочка была, там, говорят, Рюрик похоронен в золотом гробу. Там, вроде, золото находили… Одну сопку трактором посередке распахали. У сопки в Заполье тоже церковь стоит, запущена уже. Наверху сопки на памяти сестер ничего небыло – ни часовни, ни креста. К ней ухом прикладывались, говорили, служба идет… Сопка почиталась. Фр. 8. На ярмарки около сопки палатки ставили, продавали продукты, вещи разные. Праздник не помнят, но помнят, что пивной был. Раньше самогону и не пили, варили пиво. В котлах грели, остужали, потом хмель добавляли. Рассказывают про процесс. Рассказывают, что около деревни самогонный аппарат утопили с перепугу в болоте. Фр. 9. В деревне две супрядки были. Нанимали дом, на гармонях играли, иногда и мужики пьяненькие забредали. Озорничали – лампы били, кудель жгли, танцевали лансе. Супрядки до самого поста шли. Фр. 10. На Крещение гадать ходили – на воск, бумагу жгли, на перекрестки бегали, петуха раскручивали и смотрели, какую кучу зерна клюнет. Бегали на кладбище слушать – что почудится. Отец хорошо умел играть на разных инструментах, всех веселил. Фр. 11. Святки – ходили по избам, шубу выворачивали, намазывались как-нибудь, чтобы не узнал никто. Зимы холодные были, домов не видать – всё заметено до окошек, сугробы вокруг. Ряженые пели всякие частушки и прибаутки “с картинками”. На Крещение крестики ставили на дверях, окнах. Вербочки приносили, хотя и не освященые. Крестики у колодцев не ставили.
Сторона Б. Фр. 12. Купались в проруби на Крещение, в проруби на реке; прорубь батюшка святил. Креста около неё не ставили. Дома святили “с метелочкой” – если не посвятят – переживали. Потом запретили это всё. Фр. 13. Мясоед. До масленицы праздников особых небыло. “Пост – прижимает девкам хвост”. Было две маслены – Маленькая и Большая. Катались “на долгий лен”. В гости приезжали только родственники. В церковь ходили каждую воскресение, толпа народа на дороге. Прощальное воскресенье проходило, все по домам садились, ткали и пряли на станках. Описывает станок. “Специалисты” были, которые узоры разные выделывали. Ткали всякое постельное белье. До масленицы (до поста) не ткали. В пост скромно сидели. Исповедовались у батюшки, он всё расспрашивал. Батюшки разные были, иной и матюгнется. Один на похоронах нахлебался и пошел плясать – только волосы в разные стороны развиваются. Фр. 14. Чистый Четверг – начинали яица катать, разбивали поленицы: примета была – если дрова развалишь, значит, будешь выигрывать. Как организовывали места для игры. Всё, что выиграл, забирали себе и съедали. В Чистый Четверг всё мыли в доме. А на Троицу яица золотинкой красили. В пост в баню почти не ходили, а в Чистый Четверг мылись. В пятницу площаницу в церкви выносили, под ней старались пройти. Фр. 15. Раньше партийцы приходили, ругались, что иконы висят. Если иконы вынести, то и поселиться кто-нибудь может.На святках ходили в 12 ночи в баню гадать с зеркалом, смотрели в него. Потом ещё на колечках гадали обручальных. В масленицу пекли блины затьям. Фр. 16. Троица. Ходили на кладбище, березки ставили в доме. Яица красили красным и желтым, относили на кладбище, крошили на могилки. Березки и в дому, и на улице ставили, веточки к иконам торкали. Фр. 17. Егорий. Гоняли скотну на поле, когда через прогон вели, батюшка святил. Пастухов нанимали, сначала за питание, потом стали деньги давать. Худого следа не знают. В Егория и батюшка, и пастух, каждый стадо обходил. Егорий – праздник для скота. Фр. 19. Когда была ярмарка в Подгорье, на Шум-гору залезали. Там выем сверху – так это туда церковь провалилась. В ответ на замечание, что на березке висела лента отвечают, что видно помер кто-то… Фр. 20. Рядом с деревней пугало – чудилось, то как кукушка кукует, то ещё что-то. На кладбище в Торошковичах пугало. Фр. 21. В Торошковичах и Мелковицах Илью праздновали, в Речк`е не очень. Перечисляют праздники окрестных деревень. На Ивана не баловали. Заветов не знают, вспоминают прощенное воскресенье.
Дервня Заречная (Княжья Гора) Батецкого района Новгородской обл. Гришина Антонина Михайловна, 1919 г. рожд.
Фр. 22. Жили в деревне раньше господа, был большой дом барский. Кругом был высажен парк, клумбы. Три барина жило, вся местность считалась господская. За рекой Передольский погост был, тоже барский. Фр. 23. В Княжьей Горе праздновали Анастасию и Смоленскую. Часовня стояла посреди деревни. Вызывали батюшку, он зерно святил и по домам ходил, крестный ход был. Батюшка с Передольского прихода был, к которому Княжья Гора принадлежала, а Речка и Бор Торковские.
Пленка 3. Сторона А. Фр. 1. Рядом с деревней сопок небыло, зато за деревней были коломища, большие такие бугорочки. Его распахали, находили всякие “безделушки”. Туда за грибами, за ягодами бегали… Фр. 2. Про Большую сопку. Одну из сопок раскопали, там тоже “безделушки” были. На Большую сопку забирались, молебны служили. На вершине был большой камень, который “слушали”, всё говорили, что там Рюрик зарыт. Слышали, как будто там звон церковный. Часовни или креста на горке небыло, лежал только камень выгравированный. Разрывать её не разрешается. Фр. 3. В округе камней-следовиков не знает. Про немцев, как от них в партизанах прятались. За это всю деревню сожгли. Родничек (пруд) был у реки, но почитаемым небыл. В пруду при барине черные лебеди плавали. Потом его замяли, стали коров пускать… Фр. 4. Дед Антонины Михайловны был управляющим имения, барин всё ему оставил, когда в революцию уехал. Фр. 5. В Заполье на горку ходили в Казанскую, на престольный в Подберезье. Из церкви батюшка потом выходил и все шли на горку. Там молебен служил Казанской. Вокруг горки тоже обходили, а потом наверх. Церковь на кладбище в Заполье называлась маленькой (кажется, Скорбящей посвящена), а в Подгорье – Никола. На Николу ярмарка всегда была. Фр. 6. Деревня Овсино раньше называлась Волок. Коллективизация да мелиорация много всего напортили. У деревни не пугало. Столобочков, крестов небыло. Каменных крестов не знает. Смоленская и Анастасия заветные были, на скотинку. Про явленые иконы рассказов небыло. Фр. 7. В праздники священник скот святил в поле и на прогоне. Был крестный ход, назывался Ивана Богослова – ходили по всем домам с молебнами, люди под иконками проныривали.
Деревня Бор Батецкого района Новгородской обл. Иванова Екатерина Михайловна, 1921 г. рожд.
Фр. 8. Часовня стояла на кладбище около деревни и в самой деревне, деревянная была. Местные праздники – Леонтий (1 июля), “заповедный”. В него скотинку кропили, коней всегда приводили. Мимо часовни гнали скот, а священник кропил. Часовня стояла высоко, на четырех камнях, и один посередине, под балкой. Туда покойников ставили. В Торках, второе кладбище, “для избранных”. Фр. 9. Недавно около деревни брали песок на дорогу, так много костей нашли, и всё пятками кверху. Кости крепкие, военкомат велел их зарыть. Но кости эти не со Второй мировой. Тут литва проходила, наверное от них. Заупоры=за опорой. И кладбище было литовское к Луге-реке, напротив Подгорья (коломища). Фр. 10. На Большой сопке церковь провалилась. Там ямочка есть сверху, туда бросали деньги и слушали, кто и слышал, как в церкви служба идет. На сопке служили – на Николу вешнего (подгорский праздник), и на сопку молодежь ходила гулять. Часовни или креста небыло. Фр. 11. Раньше говорили, что где-то Рюрик похоронен, с полной поклажей золота, но где – точно не знает никто. Городцов не знает. Фр. 12. Лопыня – там деды на дровнях катались, и с горы до самого Бора докатывались. Деревня очень большая была – 54-55 домов, не считая амбаров. Когда Луга поднималась, то прямо из окон воду черпали. И льдины в избу били – ребятишки боялись. Весь кот тогда поднимали наверх двора, или на гумна уводили. Раньше ещё пароходик по Луге ходил. Фр. 13. Родник был наверху деревни – к нему со всей округи ходили, мыли глаза. Но сейчас он заболотился весь. Часовни около небыло, был только срубик, и к нему крестик приделан. Камней-следовиков не знает. В Торках был мост через Лугу, около него был камень с надписью о барщине (? кто строил, закладной камень ?). Фр. 14. Каменные кресты были раньше на кладбище в Бору, маленькие, а других небыло. Дом, где теперь пионерский лагерь, принадлежал раньше помещику Скобельцыну. Парк был большой, а в деревне только сады. Раньше деревня была на этом же месте (бабушка рассказывала), но по обе стороны дороги, и в одну Пасху всё погорело на воде (вода высокая была). А Бор назвали, т.к. кругом были сосновые леса. Фр. 15. В часовню только покойников ставили и коней святили в Леонтия, больше никак не ходили. Пивные праздники – Фрол, Никола (оба). Пив`а варили на речке, но не все – у иных хеба до обеда, свечей до ужина… Те не варили. Фр.16. Раньше жить было хуже, сейчас благодать святая. Всё пахалось вокруг, а теперь запущение. Никто не косит, не пашет. Ярмарка была в Торках, на Спаса (19 авг.), приезжали с яблоками, конфетами и лентами, небольшая была ярмарочка. Жили хуже, а пели больше. Лесозаготовки послевоенные разогнали молодежь, после них не ходили, а ползали. Гоняли на Волховстрой и Свирьстрой, со своими конями и инструментом. Фр. 17. Немцы пришли, так плуги присылали вдовам, чтобы они могли землю пахать. А теперь погибла деревня. Фр. 18. Святки. Бегали ряжеными, гадать вроде не ходили, маленькие ещё были, а потом всё прекратилось. Наряжались как почуднее. Супрядки всегда были у молодежи: снимали чистую (переднюю) избу, где зимой не жили, там и гуляли. Всего две супрядки были. Приезжали “чужаки” со всей округи; где девки больше нравятся, к тем и ездили. Это с декабря по Великий пост гуляли, остальное время работали. Фр. 19. Масленицу один день гуляли, некогда было, работали. Масло жгли на реке, прямо на льду, веники там старые, лукошки, корзинки, и поджигали. На долгий лен не катались.
Сторона Б. Фр. 20. Как хлеб пекли в деревне. Про колхозы и новые сорта пшеницы, которую они сеяли. Фр. 21. Часовню после войны отдали бабке старой на дрова, она её сожгла. На кладбище тесовая часовня стояла, её после войны тоже разобрали – приехали голые, босые… Кто в “окопах” жил (в землянке), кто в школе. В часовне на кладбище служили только в Троицу, молебен, а так – стояла закрытая. Фр. 22. Березовыми вениками пол не мели никогда. Вообще до Троицы березу не ломали. В Чистый четверг мыли дом, чтобы к Пасхе всё было готово. Перечисляет праздники в окрестных деревнях. Фр. 23. Как праздники начнутся, так некоторые мужики, которые выпить любили, ходили по деревням, по праздникам, на несколько дней. Егорий – прогоняли скот по деревне, а священник кропил. Лошадей – в Леонтия освящали, а других – в Егория. В засуху или дожди вроде ничего не делали. Бабушка говорила только : “Давайте попросим у Бога, чтобы дал дождичка…” Фр. 24. Иван Богослов – был под Лугой монастырь (ок. д. Наволок). Его ступени в озеро спускались, постройки и сейчас сохранились, вроде его восстанавливают.У монастыря был большой сад, а потом стал совхоз Дзержинский, все сады ему перешли. На Ивана приходили оттуда с крестным ходом и шли по деревням. Маршрута не помнит, но, скорее всего по обе стороны р. Луги ходили.
Деревня Заупоры Батецкого района Новгородской обл. Титова Анна Ивановна, 1924 г. рожд.
Фр. 25. В Торошковичах жил барин, а в Подгорье – барыня Колосовская. Вспоминает, как ходила в школу. Хорошо училась, только математика давалась плохо, а вот географию любила. Деревня называется Заупоры, так как войны тут были. Вдоль реки много м`огил было, вспоминает коломища в Заречной – ходили коломища “праздновали”. Шла война с литовцем, и в Заупорах сделали какое-то укрепление. Валуны у реки – от ледника. Фр. 26. Значков на камнях не знает. Рассказывает, какую одежду носили до войны – онучи, кафтаны, тулупы. Колхоз Красная Заупора. Рассказывает, как работала в колхозе и всякие колхозные тонкости.
Пленка 4. Сторона А. Фр. 1. Про постойки – после войны из осины строили, а до войны – из сосны. Местные праздники престольные Кузьма (Кузьминщина) и Никола зимний. Народ приходил – полная деревня, три дня гуляли. Раньше избы плотнее стояли, промежутков между ними почти небыло. Фр. 2. Часовня стояла на горушке, ближе к реке. Там рядом кулак жил, которого раскулачили потом. Он сам по деревням ходил, маслом торговал, а семью его увезли – жену с детьми. За ним потом второй раз не приехали. Кулаков увозили на Лену, Енисей и Обь. Фр. 3. Часовня деревянная стояла и скамейка была, куда гробы ставили, рушники висели. Там на горе жил приезжий, выселенный на 101 км., он эту часовню на дрова разобрал. Туда только покойников ставили и служили молебен Казанской, заветнувши что-то были. Служили в деревне на улице когда дождя небыло. Рассказывает, как приходил к ним в дом служить. Стол постилали скатертью и перед иконами служили. В часовне на стенке висел ящичек, куда копейки складывали. Фр. 4. В Крещение приезжали на саночках к проруби, которую рубили напротив церкви в Заполье, там тоже священник служил. Народ воду набирал. Фр. 5. В бане мылись травой Иван-да-Марья на Ивана. Все соблюдали такие обычаи, традиции. Фр. 6. Сопки в Заполье – никто не знает, отчего это. Может, захоронен кто-то… Все м`огилы распахали после войны. На Большую горку всегда поднимались служить молебен после того, как служили на кладбище. Фр. 7. В Торках был барский дом, где школу сделали. Там стоял рояль и чучело медведя. Здание погорело, его перестроили по-другому потом. А церковь на кладбище приспособили под кладовую, а приделы под клуб с интернатом. Рассказывает, как занимались там гимнастикой. Фр. 8. Ожогин Волочек сейчас одна деревня, а раньше было две деревни – одна называлась Притыка. Оттуда родом мать Анны Ивановны. У реки в Заупорах раньше водяная мельница стояла, это место называется “Каменья”, там всегда реку переходили. Рядом был карьер, где ломали плитняк – его на постройку брали до войны. Фр. 9. Ничего археологического в земле не находили около деревни. Родников много, но целебных или почитаемых не знает. Рассказывает про обычный ключ около деревни. В один из них молоко ставили, чтобы не скисло. Срубы у родников не ставили. Фр. 10. Прихода они были Торошковского. Во время войны она работала, туда ходили в Пасху, детей крестили. Как её угнали в Германию. В Риге супом накормили, в Польше дезинфекцию делали, в бане мыли, взвешивали. Фр. 11. Святки – бегали по деревне с блинами, угощали попавшихся по дороге и спрашивали имя. Стучали в избы, тоже имена спрашивали. В Белоруссии колядовали, а здесь – нет. Гадать ходили на перекрестки, кидали валенки. Наливали в чашку воды, писали имена на бумажках, приклеивали к краю и бросали уголек – у какой бумажки остановится. Петуха раскручивали за хвост и смотрели, какую горсть зерна он клюнет.Олово лили. Фр. 12. Ходили ряженые. В клуб приходили ряженые, шубы одевали, наряжались медведем, барынями, танцы устраивали. Ряженые ходили по избам и в чужие деревни. А в маленькую Маслену катались на веревках в гумнах, качели делали, а в Большую – на лошадях. Верещагу (яичницу) и блины делали. Катались с горок, но не на долгий лен, а просто так. Фр. 13. Делали козлы – четыре палочки с досками, кторые мазали навозом, и на них катались по горкам. Весной мальчишки катались на льдинах на ручью. Супрядки – три было в деревне. На буднях с прялками ходили, а в праздники просто веселиться. Мать обычно работу на супрядку задавала, а парни мешали работать, кудели жгли тем, кто не нравился. Плясали месяц, краковяк, падеспань, лансе, кадриль. Засижывались до часу ночи. Потом в четыре утра уже вставать пора, работать. Ригу топить, рожь молотить. Молотить надо было втакт (в три-четыре пр`ивоза), собъешся с ритма – ничего не получится. Потом ели “перехватку” (завтрак) и шли в поле. Сторона Б. Фр. 14. Редбуж – соседняя деревня, но часовни никогда там небыло, и праздники такие же, как в Заупорах. Крестный ход на Ивана был, но для чего устраивали – не помнит. Шли с иконами, хоругвями. В каждой деревне останавливались для молебна. Фр. 15. На крещение крестики не ставили и от святок до Масленицы праздников особых небыло. Рассказывает, как работала в Неболчах на лесозаготовках, в летних бараках зимой жили. Кормили раз в сутки баландой. Хорошо, что живы все остались. Потом из Германии скот пригнали, коров, так отъелись. Фр. 16. Когда немцы от Ленинграда отступали, их чуть не сожгли в сарае. Потом на горе пушку поставили, и ещё били по нашим. Вот когда немцы отступали, их в Германию и выслали. Фр. 17. После Масленицы держали пост. В пост ели масло, но только льяное. Чистый четверг – мыли избу, прибиралися, сами мылись в бане перед праздником, а в субботу в церковь шли. Зажигали лампадки по субботам и ставили самовар. Чай пили раз в неделю, а так всё молоко. Фр. 18. Раньше туго было, без денег сидели. Как-то отец у беженцев купил за пуд пшеницы лодочки и платье. Когда беженцы проходили – покупали еду за золото, многие обогощались за их счет. Фр. 19. В Егория коров к реке в поле гоняли, с вербочкой, обвязанной ленточкой. Потом вербу надо было в ручей бросить. Когда коров согнали, пастухи в воздух стреляли, чтобы отгнать нечистую силу. Народ собирался тоже вокруг, но с иконой, кажется, не обходили, не помнит. Какой-то бирюк ездил на лошади после жатвы, что-то с первым снопом делал, но что – не помнит. Фр. 20. “Чужие” праздники не праздновали, только свои, и никогда не работали в праздник. В Вознесение яица катали по лунк`ам, специальную площадку делали. И после Пасхи каждое воскресение до Троицы катали. А в Троицу красили березой яица, и на кладбище ходили, березки в могилки торкали. Фр. 21. Летом у ручья устраивали пивоварню, варили пиво в Кузьмы и в Николу. Хорошее, вкусное получалось. Описывает процесс. Собирались все вместе, но пиво варили только для себя: родственники приезжали, надо было наварить на четыре дня. Макароны тогда были в диковинку, праздничная еда, со сливочным маслом и сахаром. А теперь не пиво – горькая вода. Тогда было сладкое, хмельное. Фр. 22. Каменных крестов не знает. За деревней было поле, туда лошадей гоняли в ночное, там недалеко от тропинки был камень с крестом выдолбленым, и всегда на этот крест любовались, как притягивало к нему. Женщины молились, когда мимо шли. Теперь болото осушили, всё заросло, ничего не найти. На камне ничего не оставляли. Фр. 23. Приведений у деревни небыло. Бывало отец только про домового и дворового рассказывал. С ними надо было хорошо обращаться. Иногда дворовой лошадь мучал, она вся в мыле была.
Деревня Подгорье Батецкого района Новгородской обл. Лонгин Анатолий Павлович, 1934 г. рожд. Фр. 24. Подгорье делилось на две части – Нижнее и Верхнее (где церковь и погост). Раньше такой деревни небыло, а называлось Передольско. Тогда была волость. Свои праздники – Фрол (30 авг.). Фр. 25. Про сопки говорили, что шла наверх тропиночка и часовня стояла. Накануне войны археологи копали на ней немного, тогда и имя Рюрика впервые возникло. На ней 3 – 4 ели стояло, во время войны их срубили. Фр. 26. Шум-горой её никогда не называли – просто Большая и Маленькая сопки. Говорят, что от одной церкви до другой (Никольской и в Заполье) был подземный ход. Место на кладбище на городище было “престижное”
Пленка 5. Деревня Ожогин Волочек Батецкого района Новгород ской обл.
Сторона А. Мария Ивановна 1919 г.рожд. Фр. 1. Ожогин Волочек называется так потому, что деревня горела когда-то. Несколько домов назывались Волочек, а с другой стороны деревни есть райончик Притыка – его беженцы основали. Фр. 2. Местные праздники – Фролу и Лавру, приезжал священник. Ещё он приезжал на Егория, когда скот гоняли. Ещё праздновали Михайлов день (21 нояб.). Праздновали и общие – Рождество, Крещение. На крещение за Заполье ездили, там делали прорубь и святили воду. Про Большую сопку – на ней в войну немцы убили подругу Марии Ивановны, медсестру. При немцах прятались в лесу, но к партизанам не ходили, карателей много было в деревне. Потом угнали в Литву и в Германию, где их семью освободили американцы. Как бежали из лагеря. Фр. 3. Камней со следами не знает. Целебный родничек – Белый (Беленький) колодец, исцелительный, к нему ходили глаза лечить. Когда у Марии Ивановны в детстве заболели глаза, мать дала ей три копейки и сказала, чтобы она опустила их и помылась. Потом глаза исцелились. Сруба вокруг него небыло, вода в нем как серебряная. А сосед их совсем ослеп, его мать возила к Медведю, в д. Менюша – там озеро, в котором надо купаться – и сосед так исцелился. Фр. 4. Часовня была деревянная, как изба, с колоколом, в который звонили при беде, чтобы все знали. Мария Ивановна и сейчас крестится на место часовни. В ней молились и покойников ставили. Батюшка приезжал из Косицкого, хотя прихода они были Передольского. Там рядом Всех Скорбящих была церковь (в Заполье – Е.П.). Ходили на Большую сопку, праздновали Вознесение или когда нет дождей - молились. Служили молебен. Сопку не обходили, сразу наверх поднимались. Фр. 5. Как немцы казнили наших, тех, кто их сильно ругал. Вспоминает войну. В архивах нет её имени – и не получает компенсацию. Хозяин в Германии неплохо обращался, в плену тяжелее было. Он сам был работником у тещи, с большим хозяйством – трактор, коровы, лошади: у нас в колхозах меньше было. Всё аккуратно было. На Рождество рабов приглашали за общий стол, но угощали “в мелком масштабе”. Хлеб только один раз в день давали. Фр. 6. Сопок у Ожогина Волочка небыло.[Присоединяются два собеседника]. Камней на старице около деревни не знает. Откуда они – даже дед не знал. Шум – гора – это где-то Юрий Долгорукий тут похоронен. Хотели её раскопать, но там всё забетонировано. Рассказывают про раскопки. Когда поля пахали – ничего не находили. Вспоминают о своем – войну, местные обиды… Про лейтенанта Кировской дивизии, который свое подразделение угробил у Торков: переходили реку, а немцы с пригорка из пулемета били. Фр. 7. В часовне крестов каменных небыло, только иконы в рост. А в Притыке вторая часовня – Александра Невского. В ту часовню ходят, когда покойников провожают, да по праздникам. Фр. 8. Святки – с Рождества до Крещения. Наряжались всякими, суженного – ряженного спрашивали под окном. На кресты бегали, средокрестную дорогу. За деревней и покойников провожали, на “Горушечке”, но покойницких камней там небыло. Священник служил только в одной какой-нибудь часовне – какой праздник, там и молебен. Как в Подгорье хотели крест трактором сорвать, но не смогли. Это церковь Спасителя (правильно – Никольская, Е.П.) была. А в Косицком снимали колокола, так один и сорвался в наказание. Фр. 9. На“Горушечку” бегали гадать, не страшно было, так как много народу ходило, не в одиночку. Деревня большая была, 204 дома. На Крещение батюшка в церкви служил. В проруби просто набирали воду, не купались. На окнах крестики не ставили. Фр. 10. Про Ивановский крестный ход – передавали иконы друг другу и служили молебны в каждой избе. Шли по обеим сторонам реки Луги. Молебен “Ивану Купале” служили. Есть такая ивановская травка, так в субботу перед праздником мылись ею, чтобы не болеть. Как мочалкой мылись, от всех болезней помогало.
Леонтьева Анастасия Хрисамповна, 1909 г.рожд. Фр. 11. Праздники – Фрол (21 авг.), Михайлай (21 нояб.) и “заброшеный” Никола (22 мая), который надоел и его праздновать перестали, так как дорого.. Этот райончик назывался Притыка. Потом в праздники стали драться. Праздники пивные были, и самогонку гнали. Справляли как положено – по три дня. Фр. 12. Своя часовенка была, деревянная, но очень обрядная, с большими иконами. Она в войну сгорела. А против каменной часовни был кабак, часовню и построили, чтобы пьянство сократить. В каменной часовне тоже Михайлу и Фрола праздновали. А Николу – только в Волочке. Фр. 13. Батюшка приезжал на Здвиженье – одно хозяйство заветнувше было – никак скотину не завесть.. Они выставляли стол, клали хлеб и соль кресточком посыпали, а потом хлеб давали скотине. А скот прогоняли мимо стола, батюшка стоял и кропил. Сначала коней, потом коров, а потом овец. Фр. 14. В Притыке праздник был Тихвинской, икону носили по дворам. Тоже столы выставляли и батюшка служил. Раньше и Иван Богослов ходил, из монастыря на Череменецком озере – там отслужат, а потом икону Богородицы и Богослова носили по деревням. Как скажут, что Иван Богослов, так вся молодежь идет нести икону. Один год Великим постом в Косицкое ходили. Одна старуха партийная стала ругать Божью мать – так её сын её искалечил топором впоследствии – Господь наказал. Сторона Б. Фр. 15. Прихода они были Передольского. Отчего сопки – не знают. В Заговены (на второе воскресение после Троицы) на Большую сопку ходили служить. Один день засуха была, и молились Николаю Чудотворцу, чтобы дождь пошел. Теперь в Косицком хоронят. В Овсине была сопка, там барин жил. Её не так давно разрыли, там куча каменьев. Сопки появились в какую-то войну. В Овсине (Малый Волок) была часовенка внизу, там в Вознесенье служили службу, и говорили, что у трех сосен рядом с часовней цепи золотые по реке пропущены каким-то царем Юриком. Фр. 16. Двум мужикам приснился клад, один испугался, а второй вырыл гробик с золотом и в гору пошел, богатым стал. Про камни на старице у Луги не знает. А сопки вроде как с литовскй войны. Фр. 17. Родник за деревней – за ним дедушка Анастасии Хрисамповны ухаживал. Там сделана как будка и плитками всё обложено. Водичка чистая, и туда ходили многие глаза мыть. Иконка стояла, и будочка из плиток была сделана. При колхозе пустили скотину, всё размесили. Ключков то много по округе, а теперь воды не стало и в колодцах. И церкви далеко все. Фр. 18. Камней со следками не помнит. Каменных крестов тоже не знает. Вот в Литве на каждом километре крест деревянный поставлен. Кроме часовенок ничего небыло, ни иконок, ни столобочков. Священник был строгий, не отрекся от религии, за что его в сибирь сослали. Про городище в Косицком не знает. Названий городец, городок не знает. Фр. 19. Святки. Гадали, замуж собирались. Считали венцы в амбаре с приговоркой “Засек, мешок, торба” – богатый или бедный попадется. На перекрестки не бегали. Петуха ставили перед зерном – каждая кучка=ухажер, куда клюнет, за того и замуж. Цветок клали под подушку, звали суженого-ряженого. Фр. 20. Ряженые “барыньками” ходили, так теперь и болят ного за грехи. Ходили и по окрестным чужим деревням. Рождество – три дня ничего не делали, только обрядниками ходили и на супрядки. Супрядка – как клуб, с ноября до Великого поста. Молодежь ходила гулять, а старые у порога смотрели. Две супрядки было, и чужаки приходили. Раньше в клубе гуляли тихо-смирно, а на супрядках лампы били. Девушки с прялками ходили, приданое пряли. Фр. 21. Раньше от прялки покоя никакого небыло, всё время работали. Ткали полотно метров по пять, белили, вымачивали. Теперь культурнее живут. Приметы были какие-то. У одних соседей “оракуль” был, к ним девушки ходили гадать. Такой кружок, и там всё написано, по кружку хлебные шарики катали. На нем были написаны всякие изречения, в войну сгорел, а правильный был. Его где-то в городе купили. Фр. 22. На Крещение у церкви делали прорубь, а в деревне воду брали из колодца. Она самая главная, вечерняя вода – три года стоит как зеркальная. Человек заболеет – давали попить, корову мыли после отела, детей. Как вместо причастия. Крестики не ставили в доме. На дворе вешали кресты и иконы. Вербу хранили, чтобы скотину выгонять в егория. Пастух стрелял, кидали яйцо, и куда оно падало, туда веники ставили. Фр. 23. Яица красили в Пасху, Троицу и Егория, в Егория – желтеньким, а в остальные – красным. Теперь скотину по деревне и не держат. Фр. 24. Пасха – ходили в ночь в церковь. Ещё в пятницу ходили, когда плащаницу выносили. Ходили крестным ходом вокруг церкви, а потом плащаницу в алтарь ставили. Великий Четверг – замечали, какая погода; так же, как и в Духов день. В Четверг не мыли ничего. Пост держал кто как хотел, теперь к смерти готовлюсь, года три “воспитываюсь”, пощусь. Перечисляет молитвы – Отче наш, Богородицу, Троицу, Царю Небесному, Достойно, кресту Твоему поклоняемся, Владыко. Фр. 25. Утром надо встать раньше всех, и прочитать молитвы. Потом угодников просит, Скорбящей – о здоровье, Казанской – о погоде, Николаю – об здоровье и погоде (тепла или дождя) и всех… Заупокой помянешь… Фр. 26. Был один ребенок некрещеный, упал с крыши и разбился, так его никто не отпевает. Анастасию Хрисанфовну внучка просила окрестить в 7 лет, так ей в церкви попеняла, что поздно. Рассказывает, как крестила. После этого внучка всего боятся перестала. Фр. 27. Где пугало помнит плохо. К Пасхе уборку капитальную наводили, стены клеили только к Пасхе, в другие дни не делали. В Пост все по домам сидели, только в Благовещание собирались под окнами, пели немного, а сам праздник строгий. Фр. 28. Благовещание такой же праздник, как Рождество. В этот день Господь отпустил с неба “апостола” Гавриила, который объявил, что у неё родится сын, который много потерпит, и будет царем над мертвыми. Так в книгах пишут – когда Иисус Христос воскрес, пришел на небо и открыл у ада двери, и выпустил всех мучеников. Родился у неё сын, и его преследовали 33 года. Он исцелил сына у одной вдовы. Его стали разыскивать, чтобы наказать. В Великий пост его поймали в понедельник и мучали 7 недель, а в пятницу – на крест. Это потому и пост считают. Говорили, что должен воскреснуть, наказатели охрану поставили, но и это нипочем. И вот он улетел на небо. В аду теперь никого нет. Это же всё правда было. Фр. 29. Мать много читала, религиозная была и много рассказывала. Вот отец читал мало, но знал много. Масленицу отмечали, жгли масло – носили солому в поле. А теперь жгут баллоны у реки. А раньше на “Горушечке” костер делали. Блины делали на масленицу и на Новый год. Катались на конях ещё по деревням, и взрослые, и дети. Нарядные все были, в шубах, в капорах. После масленицы стол “родителям” не оставляли.
Пленка 6. Сторона А. Фр. 1. Ивана особо не праздновали. Загадывали на этот день, кто цветок клал Иванов (Иван-да-Марья) под подушку, мылись им. Какой-то был завет. Завет, это кто как заветнется: на скотину, на болезни. Заветались на какой-нибудь праздник, лучше в церковь сходить и отслужить молебен, а если мертвый – панихиду. В родах Анастасия Хрисанфовна завтнулась Скорбящей (6 ноября) и всегда ходила в церковь, заветницей была. Когда сын умер – служила по нему в завет панихиды. В часовенку по завету не ходили, только по праздникам. Фр. 2. В Волок (Овсино) ходили в Вознесение, с маленькими ребятами, их там в ключке у часовенке мыли. Илью не праздновали, это Войнинский праздник, там гуляли. Народу – по улице не пройти, гости и жили у того, кто их приглашал. Пиво хорошее варили, не чета современному. Варили компаниями, по несколько хозяев или родственников. Теперь живут культурнее и легче. Фр. 3. Раньше платья только по праздникам носили, а теперь каждый день, и не понять, то-ли парень, то-ли девка. Мода такая. Теперь смеются, если в платье ходят. Фр. 4. Здвиженье – тоже большой праздник. Крест Иисуса Христа лежал в земле 300 лет, и никто не знал, пока один старик-еврей не показал. Нашли три креста, и когда встретили покойника, к нему прикладывали разные кресты. Когда приложили крест Иисуса – мертвец встал, потому и Здвиженье празднуют, что мертвого поставил. Здвиженье Животворящего креста. Змей много, они в этот день уходят под землю. Фр. 5. Один мужчина не верил про змей и пошел в лес – их там так много оказалось, что он залез на дерево и сидел часа три. Потом вышел черный, метра 2.5 змей, тоже кругами ползал. Теперь мхи сгорели, есть ли они теперь? Её отец таскал как-то мох Покровом, тут что-то как свистнет! И рядомзмей черный с большим красным гребнем прополз, но его не тронул. Фр. 6. Как детей баюкали. Пели детям специальные песни, но уже не помнит, какие. Если ребенок болел, его к бабкам возили. Была у девочки грыжа, так ей принесли речного таракана, который в грыжу вцепился, и всё прошло. Бабка была, которая заговаривать умела от болезней, укусов. Однажды гад корову укусил, так бабка заговорила стишками.
Мария Ивановна 1919 г.рожд. Фр. 7. Масло жгли на “Горушке”. На неделе не праздновали, только в последний день прощались с масленицей. Ходили на блины. Прощались. Как пост начинался – никаких гулянок не полагалось и праздников никаких небыло. Фр. 8. В Чистый Четверг все ходили на исповедь и причащаться – годовое причастие, обязательное. К этому дню надо было избу уже вымыть. Фр. 9. По Луге раньше баржи ходили, пока она не обмелела. Баржи волоком возили, оттого и куст деревень так назван – целых четыре (Ожогин, Большой, Малый и ). Троица – праздник поминования усопших. Полагается ходить перед ней, но ходили в сам праздник. Подметали могилки березками, оставляли их там. Сыпали рис, чтобы птицы поминали. Всего в году 6 родительских суббот. Фр. 10. Другие праздники – Ильин день (д.Войно), ходили примерно к обеду, к своим родственникам. В Ивана в Заполье ходили. В Овсино была такая-же часовня, как и в Подберезье. Петра и Павла – Щепин`о и Любин`о поле. Там какая-то княгиня была, Люба, и поле её там было? Отого и деревню назвали. Городища в Косицком не знает. На полях ничего археологического не находили. Рассказывает про трех похороненых солдат во время войны – там крестик поставили, ходили на могилку. Мария Ивановна и сейчас их поминает. Она батюшку вызывала, он этих солдат в часовне отпевал. Фр. 11. Крестные ходы – Егорьев день, обход делали с иконами о святой водой кропили. Ивана Богослова не помнит. Ярмарки были в Заполье, там просто гуляния были, ничего не продавали. Ещё раз про название деревни – Ожогин, т.к. четыре раза деревня горела.
Деревня Глухой Бережок Батецкого р-на Новгородской обл. Николаев Петр Александрович, 1915 г. рожд. Фр. 12. Праздники – Богородица (21 сент.), пивной праздник, божественный. Завет раньше был на него, на скотину всегда делали завет. Ещё крестный ход ходил. В Пасху ходили батюшки в каждый дом, с иконами, молитвы читали, а им за это давали яица и зерно. Фр. 13. Своей часовни небыло никогда, только церковь в Косицком, там теперь Дом культуры. Богородица богатый был праздник. Лучшее зерно на пиво оставляли и целую неделю потом праздновали. Про пиво, как его варили. Сторона Б. Фр. 14. Родники – был ключ со святой водой по дороге к Косицкому. В Крещение ходили воду святить в церковь, а к роднику бегали в другое время. Иконок там или часовенок небыло. Камней-следовиков не знает, курганов не знает. Знает только Запольские сопки. Раньше говорили, что солдаты в шлемах землю таскали и набросали их. Фр. 15. Городища в Косицком не знает. На полях ничего не находили. Вспоминают похороненного где-то здесь Рюрика. Женщина рассказывает о том, как курганы наносили шапками в литовскую войну. Фр. 16. Каменных крестов не знают. Сопка – всё от одной войны. Люди большие были, кости огромные. Почему деревня так называется – не знают. Раньше напротив была другая деревня – Жилой Бережок. Во время войны её сожгли, и строить потом не стали. Фр. 17. Про местное домостроительство. Каменные и деревянные дома. Фр. 18. В деревне был маслобойный завод. Ямы для выжигания угля – там морили уголь, его разжигали, засыпали землей и потом использовали для кузницы. Фр. 19. Про камни на берегу реки ничего определенного сказать не может, видимо, после мелиорации. Фр. 20. Раньше землю делили по едокам. Пахали “лоток” полосами, а в него камни засыпали – каменная межа получалась. Росло за счет хорошего удобрения, т.к. почва плохая была. Фр. 21. Ярмарок не помнит. Рассказывает про своего отца, про детство. В этой деревне живет с 1918 г.
Деревня Ожогин Волочек Батецкого р-на Новгородской обл. Леонтьева Анастасия Хрисамповна, 1909 г.рожд. Фр. 22. Про жатву – первого снопа не знает, поля не обходили. Обходят на Иванов день, пережинают, это как колдовство, специально делали, на беду. Это чтобы урожай другому был – от людей берет к себе. Глухой и Жилой Бережок – почему так называется – не знает. Часовенок там небыло. Ходили только раз в Богородицу погулять. А в Косицкое ходили в Печерскую и пятницу в начале августа (Ильинскую?). Фр. 23. Колдуны и полезные были. Как-то заболела нога, так врачи вылечить не смогли, хотели отнимать. Сходила в церкву, Казанской помолилась, денег дала немало, а потом соседка посоветовала сходить к одной бабке. Она сказала, что это волос, много волоса вышло, и потом ещё несколько лет выходил. Фр. 24. Дворовых видали иногда, выгладит, как хозяин. Смотришь из сеней, а он ходит по двору и обряжается. С ним говорить нельзя, а то ударит. Фр. 25. Как с иконкой Неопалимой Купины свой дом обходила во время пожара. Надо было с иконой в поле идти, а она вокруг дома ходила – куда икона, туда и ветер. Палисад весь сгорел, а изба осталась целой. Потом прославили анастасию Хрисамповну как “знающую”. Когда с иконой ходила, “Отче наш” читала. Фр. 26. Нечистого видели как-то деревне. Шла женщина домой и стоит, как бык, а рога огромные. Надо читать “Воскресную” молитву, она помогает. Фр. 27. Есть горки вокруг – Кальянова гора, Маяцкая гора, так как маяк когда-то был. Горушек вообще много вокруг. “Горушка” никак не называлось, просто горушка или “сухрёстки” (по перекрестку на дороге).
Деревня Большие Селищи Батецкого р-на Новгородской обл. Евсеева Мария Ивановна, 1923 г. рожд.
Фр. 28. Праздники – Никола Зимний и Илья, престольные считались. Стояла и своя часовенка, давно построена, веке в XIX.. Она ещё до войны погибла. В часовню только покойников ставили, и священник в ней не служил по праздникам. Очень маленькая была, в половину комнаты, с крестом. Каменных крестов не знает. Висели там маленькие иконочки. Кроме часовни ничего небыло (столобочки и т.п.). Фр. 29. Родников в округе небыло. Камней-следовиков не знает. Есть просто валуны после мелиорации. Сопок, курганов не знает. На огородах ничего интересного не находили (только монетку XIX в.). Фр. 30. Деревня была в 20 семей. Раньше всё пахалось, это в последнее время заросло. Деревня считалась Передольского прихода, рядом ещё в Мелковичах церковь была, пока её не разобрали на печки. В церковь всегда ходили в Мелковичи, каждый год. Потом ещё на Троицу, т.к. там хоронили. Фр. 31. Старики каждый праздник ходили – Троицу, Рождество, Кузьминщина, Троицкая пятница… На свои праздники только пожилые в церковь ходили. Потом уже – но редко – ходили в Торошковичи, и оттуда священник приходил. Фр. 32. Гостей много было, приезжали в шарабанах. Народ пиво варил, самогон брал, кто побогаче – в магазины ходил. До войны мужики были культурные, нарядные и не матершинники.
Пленка 7. Сторона А. Фр. 1. На Рождество бегали гадать и ряженые две недели ходили. Гадали: блины пекли, раздавали встречным; привязывали полено к двери; озоровали – спускали дровни под гору. Позже жгли солому, разбрасывали дрова тому, на кого злились. Фр. 2. Избы до войны были большие, лучинкой покрыты и некрашенные изнутри, ни скамейки, ни пол; потолок бумагой не клеили. Когда мыли избу, терли песком. Фр. 3. На святках ряженые ходили в другие деревни. Днем шили всякие наряды: барыня, трубочист, шубу выворачивали и лица сажей мазали. Было такое время в посту – Ситцева, у каждой деревни в свой день – тогда ходили в гости. Выкупали избу у тех, кто победнее, и собирались. То же, что и супрядки, только без прялок. На супрядках изба делилась – у порога старики, а в избе молодые. Фр. 4. Тогда и кудель жгли, и дрались, но хамства никакого небыло. Если кто-то себя плохо вел, то с ним ни одна девушка не дружила. Ярмарка была на Лопушицкой горе – там продавали сарафаны, одежду всякую. Теперь заросло всё, а раньше из Селищ Мелковичская гора была видна. Фр. 5. Там под горой родник, в котором святили воду, купались. Когда служили не помнят, на Крещение, наверное. В деревне святили колодцы только во время молебна. В Мелковичах родник очень давний, ещё до родителей. Фр. 6. В Крещение дом не закрещивали. Окунались только в Мелковичах, при церкви, в к`опаниках на болоте. В Масленицу гуляли, на лошадях по деревням ездили “на долгий лен”, в основном ребятишки. Ездили в прощенное воскресенье, делали блины, но пива не варили. Фр. 7. Набожных людей было мало, только в Крылах жила одна семья, что аккуратно ходила в церковь. При советской власти многих зажиточных на Соловки отправили, теперь все приезжие. Потом все бездельники к власти пришли Фр. 8. Чистый четверг – к этому дню мыли избу, гладили бельё, в церковь не ходили. Топили баню; бани были по-черному, через реку, у каждого хозяина своя. А после войны общую баню построили. Фр. 9. В Пасху в ночь уходили в церковь, а потом спали до обеда. Потом разговлялись. Праздновали долго, дня три точно. В Илью на лошадях приезжали в гости, и домой никто не спешил. Фр. 10. Как раскулачивали – описывали всё имение и за бесценок продавали, а описывать ходил местный дьячек. Выгоняли во всякие хибары. Кто был нищий, лодырь, тому и давали, но тогда не ходили и не жаловались, не к кому было. Фр. 11. Скот выгоняли в Егория вербой, освященной в Вербное воскресение. Священник не приезжал, сами старухи служили, которые умели молитвы читать. Пастухи скот не обходили, они наемные были. До войны у каждого были коровы. Фр. 12. Летом не отмечали Петра, Ивана – просто знали, что праздних. Хотя молодежь всяко шлялась по соседям. Вот Тихвинская в Броду была, Казанская в Подберезье. Успенье не праздновали, осенью тоже никаких особых праздников не помнят. В праздники просто выходили на улицу и сидели, без гостей. Праздники узнавали по календарям или через церковь. Фр. 13. Мест, где пугает, небыло. Были старухи, которые могли заговаривать, божьи старухи, помогали от грыжи, от “глаза”, от детских болезней, зубы. Всё словами, ничего не давали выпить. Это по природе передается. Сторона Б. Деревня Крылы Батецкого района Новгородской обл. Антонина, 1935 г. рожд.
Фр. 14. Шум-гора – большая сопка, там, наверное, не одна тысяча людей зарыта. Говорили, что там церковь провалилась, как и на Мелковичской горе. Лопушицкая гора – туда гулять ходили, ярмарка была. Вся молодежь из окрестных деревень туда ходила. Фр. 15. Праздники – Илья и Никола Зимний, как и в Селищах. В Броду Дмитрий и Тихвинская. Была своя часовня на краю деревни, после войны в ней жили, страшновато было, т.к. раньше туда покойников ставили. Праздники в ней может и отмечали, не помнит. Потом часовню разобрали и сделали из неё избу. Маленькая была часовенка. Фр. 16. Был камень корытом за огородом – к нему бегали дети после дождя, руки мочили, чтобы бородавок небыло. В окрестностях (у Чуглево) курган в болоте. Что-то там было спрятано, когда битва шла при “литве”. Фр. 17. У деревни есть камень “человеческий”, там словно лицо выбито. Есть ешё камень на месте могилы и камень – “конская голова”, где конская могила. А другой камень словно покрыт чем-то. Камень “человеческий” в свое время трактористы зацепили, оттащили от дороги, а раньше он у края стоял. На этом камне любил сидеть муж Антонины, он парализованный был. Фр. 18. Мелковичскую церковь в войну разбомбили, только стены остались. Разговор про камни, сопку в болоте и братьев Алексашиных. Фр. 19. Как с иконой во время пожара избу обходили с иконой. Из кирпичей мелковичской церкви сделали печи, потом печка плакала, как её топили, ручьем текло. Потом сами кирпичи делали, накапывали глину и лепили.
Деревня Заполье Батецкого района Новгородской обл. Степанова Антонина Осиповна, 1923 г. рожд. Фр. 1. Праздники – Рождество, Крещение, свои пивные – Рождество, Никола зимний, Ивана, Троица. На Троицу много народу приходило, всю улицу заполняли. Третий день Николы (22 дек.) праздник в Большом Волоку. На Троицу всегда ярмарка была. Фр. 2. До войны своя часовня была в Заполье. Перечисляет окрестные праздники.Так в гости и ходили попеременно. На праздник священник приходил (в Троицу), молебен служил. В Заговены (заветный) приходил служить в часовенку, а в другие дни – в церковь на кладбище. Фр. 3. Сопки – откуда появились – не знает. Вспоминает про литовскую войну, упоминает китайское кладбище в леске напротив дороги на Батецкое. Они там в детстве ягоды собирали, и отец рассказал про войну с китайцами. Там были деревянные колышки вбиты, камней и курганов небыло. А сопочки от литвы. В литовскую войну у этих сопок переходили через реку, так как там есть подземный проход. Рассказывает про братьев Алексашиных. Фр. 4. Сопка за Подберезьем – там “местные” похоронены. А в Большой Сопке – Юрик в золотом гробу. Там ни часовни, ни креста небыло. На сопку ходили в Заговены, а в Крещение напротив сопки делали прорубь, святили воду. На сопке были “крылечки” со стороны леса, ступеньки кругом сделаны. Фр. 5. Камней-следовиков не знает. Родников не знает. Священник с семьей раньше жил на кладбище, там была у него пристройка деревянная. Кроме церкви на кладбище ничего небыло и в деревне тоже кроме часовни никаких столобков. Деревня раньше большая была, красивая, даже несколько двухэтажных домов с резными колоннами. Летом до войны дачники приезжали. Фр. 6. На Новый Год, Крещение, Рождество бегали гадать на перекрестки, валенки бросали, гадали по зеркалу, под окном слушали. Обряжались по-всякому: чтобы не узнали. На Крещение дом не закрещивали, и у колодцев крестики не ставили. Фр. 7. Супрядки помнит плохо. В Масленицу катались – снега наметало много, только и стучались соседи к отцу - “Иди тещу отрывай!”. Саночки были на два человека, выездные. На поле костры жгли, у моста на кладбище т.к. деревня была большая, боялись пожара. Раньше мостков было много, у каждой деревни. Фр. 8. Валы у Редбужа и Заупор не знает. В часовню покойников ставили, для этого она и была. А хоронили на обеих кладбищах – и в Заполье, и в Подгорье. В Заполье на кладбище раньше была часовенка, а потом построили церковь, наверное, в Подгорье далеко было ходить каждое воскресение. Фр. 9. У деревни пугало - на кладбище раз пошли поздно прибираться, и на обратной дороге, уже в деревне, слышались стуки. Папа сказал, что это от того, что теперь на кладбище всех без разбору хоронят, и тех, кто не своей смертью умер, тоже. После этого случая отец у кладбища без ножика не ходил. Фр. 10. В другой раз отец ходил в гости к сестре в Подгорье, а по дороге назад зашел на кладбище и уснул. Там ему привиделась женщина в цветистом платье, и другие тоже видели в другое время. Фр. 11. Успеньё не справляли, но “знали, что праздник”. Пиво варили на праздники из свеклы. Осенью – Покров, Дмитров день, Михайла – в основном в гости ходили, сами не отмечали, но “почитали”. Тихвинская, Владимирская. Церковь в Заполье называлась Скорбящая. |
