Народный культ Александра Ошевенского в Каргополье.

XV столетие вошло в историю России как «золотой век русской святости»(1). Это было время, когда многочисленные последователи Сергия Радонежского и Кирилла Белозерского в поисках безмолвия и духовного совершенствования уходили в разные концы русской земли, в «непроходимые места и дебри». Особенно мощное развитие в конце XIV—XV в. получила монастырская колонизация Русского Севера. В Вологодском крае, близ Кубенского озера, основали свои монастыри Дионисий Глушицкий, Григорий Пельшемский и Александр Куштский, на Белоозере — ровесник и товарищ Кирилла Белозерского Ферапоит, на Соловецком «отоке» в Белом море — Зосима, Савватий и Герман.
Не остался без своих просветителей и Каргопольский край. Самым почитаемым святым здесь и доныне является преподобный Александр Ошевенский, основавший в середине XV в. монастырь в 42 верстах от Каргополя на левом берегу реки Чурьеги. Житие Александра Ошевенского было написано пострижеником Александро-Ошевенского монастыря иеромонахом Феодосией в 1567 г., спустя 88 лет после смерти святого. Феодосии не был «самовидцем» Александра, сведения о его жизни и подвигах он собирал «от древних инок и сродников святаго от рода его»(2). В результате агиографу удалось написать, по характеристике В.О. Ключевского, «обширное и превосходное по содержанию житие»(3), создать вполне достоверный образ подвижника.
Судьба и нравственный облик преподобного Александра во многом типичны для севернорусского монашества. Являясь пострижеником Кирилло-Белозерского монастыря, Александр в полной мере унаследовал духовные традиции этой монашеской школы: любовь к безмолвию, нестяжательность, послушание. Даже служба в «пекарне и поварне», которую проходил Александр в Кирилло-Белозерском монастыре, повторяет такое же испытание «жестокого жития» преподобного Кирилла. Лишь тесные связи Александра со своим родом, сохраненные им до конца жизни, несколько выделяют святого среди других подвижников Русского Севера.
Родился будущий подвижник 17 марта 1427 г. в д. Никифоровой Белозерского края в семье «земледельцев» Никифора по прозвищу Ошевень и его жены Фотинии. Алексей — такое имя дали ему — был младшим сыном в этой многодетной семье. Рождению Алексея предшествовало чудо. Родители часто молились Богородице о рождении сына, который стал бы для них утешением на старости лет, и молитва их была услышана. Когда Фотиния находилась в Кирилло-Белозерской обители, ей явилась в видении Богородица вместе с Кириллом Белозерским и предвозвестила рождение святого. Позднее, в юношеском возрасте, Алексей услышал от своей матери об этом видении и проникся горячим религиозным чувством к преподобному Кириллу. Уже в отрочестве Алексей подражал инокам: проводил ночи в молитве, соблюдал строгий пост, читал божественные книги. Но теперь, после рассказа матери, выбор его был сделан окончательно.
Когда Алексею исполнилось 18 лет и родители захотели «браку законному причтати его», юноша испросил у родителей разрешение сходить в Кирилло-Белозерский монастырь на богомолье. Из монастыря Алексей послал своим родителям письмо, в котором просил у них позволения еще на некоторое время остаться в обители. Здесь покоились мощи его небесного покровителя, и здесь он решил принять постриг. Через 6 лет, в 1452 г., Алексей стал иноком, «и нарекоша имя ему Александр, бысть же возрастом тогда 25 лет». Родители Александра первое время не могли смириться с уходом сына, Никифор хотел даже силой вернуть его домой. Однако Александру и не суждено было окончательно расстаться со своими родными.
Вскоре после ухода сына в монастырь Никифор Ошевень со всей семьей вынужден был переселиться «от насилия земных властей» сперва в Каргополь, а затем в весь Волосово в 30 верстах от Каргополя. «И обрете место лесно над рекою Чюрыогою, отстояще от тоя веси поприщ пятьиадесять, и возлюби е. И шед в Великий Новъград, испроси грамоту у посадскаго болярииа Ивана и его детей. И тако ту преселися, и прозвася та весь и доныне слобода Ошевнева».
Сюда, в Ошевенскую слободу, и пришел однажды инок Александр навестить родителей. Получив их благословение, он собирался вернуться в обитель, но престарелые родители не в силах были снова расстаться с сыном. Никифор «начат увещавати» Александра не покидать их и устроить монастырь рядом со слободой, на другом берегу реки Чурьеги. Александр внял этим мольбам, поскольку и сам хотел поискать в этих краях места для подвигов безмолвия. Вместе со своим старшим братом он отправился «на обону страну реки и обходивше многа места. И приидоша на некое место, Богом наставляеми, угодно бе к монастырскому зданию, около же его блата и дебри. И сие возлюби преподобный Александр и постави крест». Александр дал обет построить на этом месте храм во имя Николая Чудотворца и поселиться здесь навеки.
Вернувшись на некоторое время в Белозерский монастырь, Александр стал молить игумена благословить его на создание новой обители. Настоятель не стал противиться решению Александра и благословил его иконами Богородицы Одигитрии и Николая Чудотворца. Поддержку своему святому делу Александр нашел и в Новгороде. Новгородский архиепископ Иона выдал подвижнику «владычну грамоту» и антиминс на освящение храма, а боярыня Анастасия и сын ее Георгий четырьмя жалованными грамотами закрепили за монастырем право на земельные владения, где собирался Александр возводить свою обитель. Так в 1460-е годы возник самый «нарочитый» в Каргопольском крае Александро-Ошевенский монастырь.
Александр исполнил данный им обет: он построил деревянную шатровую церковь во имя Святителя Николая, основал монастырь и, несмотря па невзгоды и болезнь, прожил в нем до конца своей жизни. Слава об Александре быстро распространилась «во области той во вся страны». К Александру стали приходить «христолюбивии мужие от многих стран», постепенно сложилась киновия. На стекавшиеся пожертвования преподобный украсил церковь, устроил кельи. Монастырский порядок в киновии был установлен по Иерусалимскому типикону. Подвиги преподобного Александра в монастыре изложены Феодосией в самых общих этикетных выражениях, а потому почти ничего нового не прибавляют к облику святого. Многое в их описании, как и в ряде других эпизодов, агиограф позаимствовал из житий Александра Свирского и Кирилла Белозерского(4).
Реальные черты Ошевенского чудотворца вновь отчетливо проступают лишь в рассказе о его взаимоотношениях со своими родственниками. Основав монастырь недалеко от их поселения, Александр и в дальнейшем не расставался с ними. Впрочем, ничего, кроме скорби и невзгод, эти узы не принесли ему. Через некоторое время после переселения Александра умерли его родители. Когда преподобный совершил обряд пострижения над своими племянниками Никоном и Петром, брат Александра Амвросий, отец Никона, пришел в ярость, «хотя преподобному спону сотворити и на преподобиаго изрече многая досадительныя глаголы». Вскоре и сами племянники, не выдержав тягот иноческой жизни, удалились из монастыря. Феодосии толкует эти события как бесовские искушения, которые Александр стойко преодолел. Однако все эти неурядицы подорвали здоровье Александра, и он тяжело заболел. И хотя Кирилл Белозерский, явившись Александру в видении, обещал ему исцеление, святой уже чувствовал приближение своей скорой смерти. Преставился Александр 20 апреля 1479 г. в возрасте 52 лет. Похоронили его но правую сторону алтаря в возведенной им Никольской церкви.
Текст жития сохранил описание внешнего облика Александра, каким его запомнил один «самовидец» преподобного: «Возрастом средний человек, лицем сух, образом умилен, очи име влущине, брада невелика и не вельми густа, власы русы, вполы сед».
После кончины Александра в течение 8 лет в монастыре происходили различные нестроения, предсказанные самим святым. Пришлые иноки стали уносить из монастыря «ин от книг, а ин от риз церковных, другий же от одежд и обувеиия». Монастырь опустел, в нем осталось только 5 пожилых монахов. Крестьяне, видя такое разорение обители, начали «угодия монастырьская осваивати и к своим угодиям присовокупляти». Положение стало меняться к лучшему с 1488 г., когда в игумены монастыря был возведен сын местного священника Максим, управлявший обителью до 1531 г. При нем возросло число братии, увеличились монастырские земельные владения, была построена еще одна церковь — и честь Успения Богородицы. В дальнейшем монастырь часто подвергался различным бедам: в середине XVI в. обитель хотел «разорити» воевода И.М. Юрьев, родственник жены Ивана IV Анастасии; в те же годы инокам пришлось вести земельную тяжбу с крестьянами; не раз и XVI—XVIII ив. горели церкви, роптали монахи. Однако все эти невзгоды не помешали монастырю на протяжении всей истории его существования заниматься духовным просвещением местного населения, воспитать у себя основателей более чем 6 монастырей (5). Вплоть до разорения с советские годы монастырь являлся главной святыней Каргопольского края, был местом паломничества для тысяч православных людей.
В настоящее время Александро-Ошевенский монастырь представляет собой весьма печальное зрелище. За обветшалой каменной монастырской стеной, имеющей форму почти ровного квадрата, путешественник может увидеть развалины двухэтажной Успенской церкви (1707 г.), примыкающей к пей с западной стороны колокольни и некоторых других построек XVIII—XIX вв.
И все же память об Александре Ошевенском жива у каргополов до сих пор. Почитание преподобного является сейчас в Каргополье достоянием почти исключительно «народного», а не церковного православия. Давно уже не устраивается крестный ход из Каргополя в монастырь. Редкий житель окрестных деревень знает Житие преподобного или помнит наизусть посвященный ему тропарь. Не считается сакральной и территория самого монастыря — напротив, после разорения обители она воспринимается скорее как место нечистое, куда ходить даже небезопасно, особенно ночью. Предметом поклонения остаются связанные с Александром священные камни, роднички, находящаяся возле монастыря роща, напоминающие о нем дороги, реки.

Камень - "следовик" недалеко от Александро-Ошевенского монастыря. 1996 г. Фото А. Савкина.

Особым почитанием пользуются два больших камня с углублениями, похожими на отпечаток человеческой ступни. Эти валуны-«следовики» напоминают о культе священных камней, который некогда был широко распространен у восточных славян. Один из них находится в д. Поздышево (20 км от Каргополя), а другой недалеко от монастыря. По преданию, «следы» на камнях были оставлены преподобным Александром, поэтому прикосновение к ним обладает целительной силой. Паломники, ходившие в Алсксапдро-Ошевепский монастырь, босою ногою становились в эти «следы», веря и скорое избавление от болезней.
Рядом с д. Поздышево находится и другая святыня, связанная с Александром Ошевенским, — роднички, над которыми поставлен небольшой деревянный крест. Отсюда берет начало Александровский ручей, впадающий в озеро того же названия. Святыми эти роднички считаются потому, что у них останавливался во время своего пути преподобный Александр. В день праздника Александра Ошевенского сюда стекается большое количество людей. Верующие пьют воду из родничков, вешают на крест ленточки и платки.
В устных преданиях об Александре Ошсвенском, хорошо сохранившихся до нашего времени (6), подробно рассказывается о том, как святой выбирал место для монастыря. Эти предания не находят аналогий в житийном рассказе, но зато хорошо соответствуют историческому духу эпохи монастырской колонизации Севера. Местные крестьяне, как правило, весьма неприветливо встречали желавших поселиться рядом с ними монахов. Страх перед тем, что монастырь будет посягать на их земельные угодья, заставлял крестьян чинить преподобным всевозможные препоны в их деле. Из севернорусских житий известно, что крестьяне пытались изгнать со своей территории очень многих подвижников: Дмитрия Прилуцкого, Антония Сийского, Сергия Нуромского и др. Именно эти коллизии XIV—XVI вв. нашли отражение в устных преданиях об Александре Ошевенском.
Согласно этим преданиям, преподобный прошел из Каргополя до д. Черепаха (близ д. Поздышево) и решил там обосноваться. Но местные жители прогнали его метлой, за что преподобный предсказал им жить «ни серо, ни бело». И действительно, добавляют рассказчики, деревня эта так и осталась некрасивой и небогатой. Побывал святой и в д. Волосово, которая упоминается в житии как место временного поселения его отца Никифора. Однако и там мужики встретили его враждебно, и Александр вынужден был оттуда уйти. На прощание Александр предрек волосовским мужикам, что со своего поля они не будут получать прибыли, — с тех пор поле осе время осыпается и не дает хорошего урожая (Н.А. Илюшин).
Далее путь Александра лежал в старинную деревню Халуй (ныне Большой и Малый Халуи), которая находится всего в 3— 4 км от с. Ошевенское. Современного путешественника, оказавшегося в этих местах, не может не поразить одна странная особенность здешнего ландшафта. Небольшая извилистая речка Халуй, берущая свое начало примерно в 10 км от деревень, дойдя почти до первых домов, вдруг останавливается и уходит под землю. Миновав деревни, она снова выходит на поверхность и скоро соединяется с рекой Чурьсгой. Глубокая ложбина, заросшая травой, местами покрытая камнями и песком, указывает на то, что когда-то речка протекала рядом с деревнями по этому руслу. Долгие годы вода растворяла и уносила подстилающий почву известняк — и наконец ушла под землю.
Подобное явление нередко наблюдается на территориях, почва которых состоит из растворимых пород (карст). Такопо естественнонаучное объяснение этой особенности, однако жители связывают ее возникновение с посещением их деревень Александром Ошевенским.
Уже под вечер, изможденный долгой дорогой, пришел преподобный Александр в это селение и попросился на ночлег. Еще хуже, чем в других деревнях, встретили его халуйцы. «"Убирайся подобру-поздорову, и чтобы духу твоего, а не то что тебя самого, здесь не было!" — кричали мужики и бабы. Поглядел Божий странник на всю собравшуюся толпу таково тихо, таково грустно и горько заплакал. Видно уж очень больно стало ему за грешных людей: "Живут в довольстве; вокруг краса Божия; Его всесильной заботою течет у самых изб чистая река. А они так злы, так подозрительны! Забыли, что все у них — милостию Божиею, и уже гонят, как пса какого, не имеющего крова и ищущего одного спасения странника". И поднял странник уже со строгостью глаза вверх и, указывая перстом на реку, тихо, но внятно произнес: "Видите ли эту реку? Великая благодать дэ°ег|^ЁюЏјЛn„‚ЫN ®Ѓ@f™Љ;ј|`H•Аа~¬ «±&ЙІZYy‡ bQ‡єЙU?ЛЎc^‡xnzЗ)ЄB']»ЏµЏ:Лef{Љџђ‹УП$жяЏУfBBсј‚ЬV_ЙY BП+)6MЂIМЮЈ&ўД€,я2ОbЫj Іоb¦–є>NuоГй…dDAГЛ†&ЁВ0#аж/)ГQЅ@Еу™“¶ґ™ZЬ«qз7%х+кZ6яґ8ЊйЗQDы9_nj@РФ0T%Eьg иВYUЈЭє›ОjQ…Й*РT7уЊвpҐaэ&ЁщДЋm^т.чy?8ьФ“Є™¶’0щGј2ќ1цџqшМqіиИќ3ЌА‚Јя/уісXнс¬м¦BМM$¶hВdФНм±¶Р78МУ"јМdbЕ‰>sR(З8Р»ш©LZш€жНq™і¦ЈХzц‚Ѓ»®s ЙЩљRН7ѕJґ/ћ:Н2\¦ЕОVFсGпў”оЧkЧњЉ”е«wxЈ`”*Ћ98*k±‘H@Usг®1¦y_HЉ(q“хЌэTь„›МvaЩщОџЗк`Vф·W8rнZSЄРчkБђ·Љц›дw‡)Ё&5w,ДsРо-BHрџNK(~qЙ{ЌЛшr&аJ~3±`ЄЬ»Aј¬ю”.J{'џѓ›„Ў ёЦ– o¬Bп®ecЅњs&і„ЙXЇњe(R-G¤бjDзv[э…ёїкmЂOЖf&ґУ‡срFЫЏєѕs№ZФвёЄ!Eѓ™‘У$WxЩњ–ЬYЙkт0µ!–©№ющЫЌШ,Е©ґЈU¤VdЉ=Ьwњшущ¬ІдУЛ{”Њп,¤»>1K_ЋЌ¤ЧCНS^ф§ЇJqgЋу“ўЖ™Шкlp2UЈїљ9hВ&›aыЛTЉ2Hz ЕуѓJт1‚xЕ*Й%Ђ чгd ЃШ±’5Ў™ФXуеяYдҐ©Џj»ЙёHк·ыбЗk9М»Hb„‘уз:Еc·Htс•‘r„H@ч]џњgфВb%‘ЕчЖT†GЎПЊєҐ4]v’XЏyNЈ`¤З*‘НЮgњЮгQ{Uґv:s—•|ІXzlC]іС;@4sJў”tGО]…НўА?yЗяЎшд6Јyу•лАЪМ@&ѕr› *тчВцdЦ†ќХlПОrІЖі{vЯ9FҐH—gшу›ЌWI*ЃЭ@шКіг>xСИfPUO”·рrїТВЩ /·rчyН•=KK+€4ГЏлjлчОяЗЗцҐ-vЊi(C1мТ[}.ьHЭЇ€]vЖ7Вф’9<ЃЖrlэ3ФїЫЊЄ]ЋG#sЉ8J•53ю®:Ж% e$Шиc€±!v`8y"¶n~НшЕjМ1љ*p©qГ"!CСз9трrсKтZ‹ёЩэCF[(} эуґ«`МA…з-mNU(ДP?4ЕK:bИђ¶нЧЖ,В…[pc1Кµќ${Е^;ГЌЖшО…ҐЦќbћЉюњyqЮб6}rтЂWЉВrіХЉRиY·њй9(АКi©|ѕЈ6a›†пwYњл¦g€$=ХЃч–bЗі•hЕђЈЦёГ*РvOОснЄёҐ\+Aлч8buґћвH=q №БОБ*‡R„eё?бqDГuИX~љЄ¬xЩЅЁpxг@#"П тs¦ьrШїY_”RУо*ш?9№ОrрZЕІЌ|J>rѕ5Ф7±жіѓ€nђ-С%ПUЉџњ’ћ¦¤ћПдЦWm_‹‰)љЛЕџ>0М:„uIЙЬ “UсЃ6FЭЁЌmlф1є†}м¶Xгc4КUyсЊХ+=Х™ЇНжё·ЁџЋ3iЈ џNЯЊВ^Њ)~rЮЪFHЌDБ€ч’ЗџХj›АзЊdVі6Ъ‚?P9qґ-»m‘О]'I1cI#†ЎОi¤1а‹гЋоЖH<_Ц(J ·Ж“ґlс’А”jѕЖZ(OЮ!Е.n%(|сYЙyLЪ “эЖVMС·‚0ЩYµf/ыVh‘г9PbiЪFW® з¬(ФiК*¬~РOёЮpЋxPгѕs]ГЂm>Л®»Н}’d _Ъk5 ®щЗ@гЃ] Юс•дp:j9hЁc7гMЂдвgЇ'mИ#m}д+h}g+іLЌiJЋ,еNtcЁ YЄщО^9Шt(»ЛWкя9ОЫв[Њt(ГrД‚s*9 ељл?N–±—ёиЗ2ЧјґP]„]bы}ФxшОZк`UAёњНЈ ЈyJсuЕж,¬[ЎюiчѓАгѓ4іпcјЂ:Ў™јa‹ЎҐI?Лр[ЖYфъ±+“lЧW‡к—34pоcт >sS‹,‰Й!aРиgI$ЉiцужсЯЕЋ’qµХЃъ?yH¬qqjкau„ЊЉ'oі–5/GЪ(›ьfLJ’т(PНk¤kiч™.н *І–^ѕpZа8=^(D@ЦЬn%iхЧjGі‡ҐЏ¬Vаф<^kЊsјTHђ0ЎОtйHХУЖП J9сэm›¬‡d–н›гY±XЖXр?|ФЈVё9t_¬’iF%j‰MЫM9‘ЄуSЖ--]Ѕ!,YА8а6Iс€?M§хміm+qI`ЉМ/Ђ3Пk[`'‹s1›Ъі)ЋC~zНoLњ¤*•дњЗйЂ(Кc#¦п5;+zИ’ж)‹Вріі*ТО¬‹WнfJ¦ЊЏГ_яYЁН DЉ#-ЄDоЁИ«&ИгV3µоайЖІ]—ђі7#ю1Xt>жіЧЊИЕµ ЌS"Ж‘w>Ц`й#RАjщБҐЕЁшЕ”Ьh,ћr*є‰)/ ЭV*І€Ф1$“ШКf›`>1ДЈ,Ы‹gОjFIGf–л#IXнјЛL©§/!ї№:b…d{‡в%њҐbЋ$№П>HFj4Ц¦µ\d1¤РКЌ¤v 9n…ёїe…ќV…XS–µ8ЂiЭ@;Hk7оџh>ЬгY¦ь·/НљaH‹1оАј|F …7-ЧЮ_HM+ґЩсс F=A щјЇ&w2•иfbРCr¤ѕ8c›P»H2њZМDldдЎ"іxDрЊµЊ(ПZ5љѓ Љ2Хu™ўГbэddФЌHdРщМЦЪOЇ\Ћ°–Ф4€MЂЊ©ђ§•єрzАЃ€ Y?¶j"ЭЙсcDjrp9НDў±ІK`p;Нk8є±ЖДJ?#3mX'Њ‚l 4С2ИЕ…sќ%bВч1MќЃПXѓЎТµ†qBЇ-KѓGАnпЙГN]-T_Й¬5aский Б.А. Филологические разыскания в области славянских древностей, М,, 1982. С. 28.
9 Олонецкие епархиальные ведомости. 1908, № 12. С. 281.