Из тетради

III*.

А это вот от староверов стих списаной:

Я родился в городе Риме, нежно быстро возростал,
А отец мой Епофентий меня строго воспитал,
Мать меня так не любила, не могла без меня жить,
Когда кончил я ученье, меня вздумали жанить,
Мне сосватали невесту, этого я не хотел,
Повенчали меня браком, сильно я душой скорбел,
Когда приехали из церкви, пошли в спальню ночевать,
А я стал нежную невесту так душевно утешать.
Помолились вместе Богу [это от венца уж оны приехали…], я собралса уходить,
Она плакала-просила, где и как ей нужно жить.
Отдал ей кольцо венчально, но просил ей, чтоб она…просить, чтоб не терять,
Обещал вернуться скоро, велел меня всё ожидать.
Поклонился я ей в ноги, просил сильно не скорбеть,
И разлуки, и страданья ради Бога пириносить.
Она встала на колени, посмотрела мне в глаза,
У самой дрожали руки, с глаз капала слеза,
Последний раз ей поклонился я и вышел, и ушел,
Потаенными путями в чужу сторону пришел.
Костюм брачный променял я с нищим странником на прах,
Ходил странником, скитался, много лет в слезах прошло,
А миня и потеряли, ни могли нигде найти,
А я как блудный сын решился домой странником прийти.
Когда в город Рим евился, предстал пред своим отцом,
И просил его как странник пустить ночевать в свой дом.
[Он в свой дом пришел, а его не узнали, он уже…борода у него…]
Но меня сердечно пожалели, разрешили мне жить в конюшне, в дом войти мне не велели,
И с тех пор я жил в конюшне и в родительском дому,
Я его сыночек-странник неизвестный был ему.
Зареклася мать после сына из дома не выходить,
И с моей супругой верной заключенной в келье жить,
[Она… и супруга никуды не выходила…]
Видел я их ежедневно, как они плакали обо мне,
Разбивалось мое серце [он во дворе жил…], а я плакал в тишине.
А рабы меня обижали, в доме плохо у отца,
Обливали, побивали, издевались без конца,
[Оны рабов держали…]
Терпел голод, терпел холод, я телесно ослабел,
И в своей конюшне темной я смертельно заболел.
Взял листок белой бумаги, письмо отцу я написал,
Я и матери, супруги, о себе всё возвещал.
Помолился слезно Богу, слег я, грешный Алексей,
Предав душу в руки Бога, конча путь жизни своей,
В этот день собрались в церкви, слышал голос архирей:
“Умир ни в доме, а в конюшне, странник божий Алексей,
[Он умир в конюшне…]
А ты папа Маникентий, возми его и схорони,
Как достойного ты сына заупокой ты помени”.
Потом папа Маникентий Божий…взыскал,
Помолился о нем Богу, прах его земли предал,
Епифаний так удивилса, и не знал он ничего,
Нашли не в доме, а вконюшне покойника у нево,
Отец и мать, и его супруга рассуждали недыша,
Кто же это нищий странник, так безгрешная душа.
[Оны  не знают, что сын…]
Смотрит, лежит он на соломе, в руках грамоту держал,
Помолился, письмо взяли, папа вслух его читал:
“Прости отец ты мой любящий [плачет – Е.П.], я сынок твой Алексей,
Жил в дому в твоем я долго, терпел много я скорбей,
Теперь лежу я, умираю, душу Богу предаю,
Не ропщи на Бога сильно, пожалей душу свою.
А ты мать моя родная, в день кончины моего,
За все скорби и страданья прости сына своего.
А ты верная супруга, прости меня ты от души,
И тебе Господь сподобил крест свой слезно донести”.
Ефифаний так удивился, и не знал я ничего,
Мать стояла – побледнела, сказать слова не могла,
Ефиханий стоял и слышал, как читал папа письмо,
Как узнал про Алексея, так в глазах стало темно,
Пошатнулся, прослезился, обнял сына сваего,
“Ты прасти меня сыночек, прасти отца ты сваего,
Не узнал тебя, мой милый, в светлой жизни я твоей,
Не узнал тебя, любимый, дорогой мой Алексей”.
А супруга молодая платком накрыла свое лицо,
И тихим голосом вопила, в руке держала его кольцо,
“Супруг мой неизменный, что ты сделал надо мной,
Обещал вернуться скоро, я ждала тебя душой,
[Это невеста-то говорит…]
Вернулся, не открылся, не утешил ты меня,
И твое кольцо венчально потемнело у меня,
Я вдовица молодая, и девицей остаюсь,
И смиренною душою Божьей воле предаюсь”.
И с горячими слезами приклонилась до земли,
И под руки её взяли, в свою келью свели.
[Она жила в келии…]
Тут все люди поминули Алексея заупокой,
Ефипаний [ой, выскакиваю, не так] утешали чтобы я …не падал, от души,
Добрый папа Миникентий опеванье отслужил,
И в ограде свитой церкви Алексея положил.